Футбол — первый дивизион

 1 полоса :: 2 полоса :: 3 полоса :: 4 полоса :: 5 полоса :: 6 полоса :: 7 полоса :: 8 полоса

Андрей Соломатин: Скажите Перваку спасибо за первый дивизион!
Опорный полузащитник нижегородского “Спартака” Андрей Соломатин, пожалуй, самый опытный игрок команды. Человек, выступавший под руководством практически всех ведущих российских тренеров, как в клубах, так и в сборной, заслуживает уважения и внимания. Неудивительно, что сфотографироваться с ним после матча и взять автограф за северной трибуной собирается не один десяток поклонников. А на днях Андрей дал эксклюзивное интервью «Ф-Х НН».

— Андрей, с чего начинался ваш путь в футбол?
— Родился и вырос я в Москве. С 6 лет пошел в футбольную школу ФШМ, что базировалась в “Лужниках”. Сейчас это торпедовская школа. Попал сначала в группу годом старше, поскольку набора ребят 1975 года рождения еще не проводилось. А уже со следующего сезона продолжил занятия со своими сверстниками.
— У вас спортивная семья?
— По линии отца — да. Папа сам достаточно серьезно занимался футболом, дорос в свое время до дубля “Локомотива”. Но то, что я сам впоследствии оказался в “Локо”, скорее, случайность.
— В детстве, кроме футбола, были другие увлечения?
— Пожалуй, нет. Сказать, что я с утра до вечера гонял мяч, наверное, тоже нельзя. Хотелось, конечно, и погулять, как и всем детям. Иногда родителям приходилось меня заставлять всерьез задуматься о моем футбольном будущем.
— А большим теннисом тоже с детства увлекаетесь? (смотри анкету — авт.)
— Да. Как-то с родителями, а также с хорошими друзьями нашей семьи ездили отдыхать в Сочи. Там и решили подурачиться немножко в теннис. С тех пор это и стало моим хобби. Моя старшая дочь, которой сейчас 9 лет, достаточно серьезно занимается теннисом и, судя по всему, у нее неплохое будущее.
— В какой момент вы поняли, что футбол станет вашей жизнью, вашим основным занятием?
— Наверное, в 16 лет, когда заканчивал школу. Я в то время попал в торпедовский дубль.
— Молодежные веяния не отлучали вас от футбола? Егор Титов, например, в интервью не скрывал, что и тренировки прогуливал, и покуривал втихаря, но вовремя был поставлен на место родителями и тренером.
— Нет, со мной такого не было. Рядом всегда был отец, который хотел, чтобы из меня что-то получилось.
— Андрей, были ли у вас в детстве кумиры? Любимая команда?
— Да. Мне нравилось, как играли Мишель Платини и сборная Франции.
— Что важнее для футболиста — талант или трудолюбие?
— Трудолюбие, однозначно.
— А в вас чего больше?
— Трудолюбия.
— А как же тогда быть с талантом? Про бразильцев вон говорят, что они все “от Бога”.
— Ну, это бразильцы. То, что может делать с мячом Рональдиньо, я никогда не сделаю. Я сам бывал в Бразилии. У них там круглый год плюс тридцать, длиннющие пляжи, равномерно разделенные на футбольные площадки. Все условия для того, чтобы играть целыми днями в футбол. Причем играют все, от мала до велика. Они и перерывы-то делают, наверное, только для того, чтобы поесть и поспать. А потом снова на площадку.
— Андрей, ваш дебют в высшей лиге в составе московского “Локомотива” получился впечатляющим. Победный гол “Спартаку”, постоянное место в «основе». Что это? Удача, фарт или заслуга за пот, пролитый на тренировках? А может, доверие Семина?
— Доверие Семина, конечно, сыграло не последнюю роль. Оно было необходимо для молодого футболиста. Юрий Палыч разглядел во мне способности, желание играть, многому научил, дал мне, можно сказать, дорогу в большой футбол. Огромное ему за это спасибо.
А с голом “Спартаку” связана довольно интересная история. Я вернулся в Москву с олимпийской сборной за два или три дня до игры с “красно-белыми”, в то время как “Локомотив” уже сел на предматчевый сбор. Администраторы “железнодорожников” не успели нас встретить в аэропорту, и я поехал домой. Другие же ребята из “Локо” отправились на базу. Вечером звонит Семин: “Ты где?”. ”Дома”, — отвечаю. ”Чтобы завтра с утра был на базе!”. Из за этого я и не вышел в стартовом составе, как планировал Юрий Палыч. Выпустил он меня на замену в первом тайме, а во втором я забил “Спартаку” единственный и победный гол.
— В дальнейшем вы стали одним из лидеров команды. Удалось быстро адаптироваться в “Локомотиве”? Было ли ощущение, что “вот оно, я добился того, к чему стремился”?
— Такие ощущения возникли еще тогда, когда я только-только начал привлекаться к основе. Было очень приятно ездить в клубном автобусе, заезжать с командой на предматчевые сборы на базу. Уже тогда я ощущал себя самым счастливым человеком, не говоря уж о том, когда начал играть.
— А как вас приняли в команде? Каким было отношение со стороны старожилов “Локо”?
— Все было замечательно. Вспоминаю свой первый выезд. Играли мы в Екатеринбурге, выиграли 2:1. После игры я, уж не помню как, оказался в компании старожилов команды: Овчинникова, Елышева, Гарина… В общем, раза четыре бегал за пивом, которое у нас быстро кончалось. Приняли они меня, молодого, хорошо. Чужим в “Локомотиве” я себя с тех пор не чувствовал.
— Почему через несколько сезонов вам пришлось перейти в ЦСКА?
— Были определенные причины, полные подробности которых раскрывать не хотелось бы. Нельзя сказать, что возникли серьезные разногласия с руководством “Локомотива”, но была затронута финансовая сторона. Да и пора, наверное, было сменить обстановку. Так я оказался в армейском клубе.
— Что вы может сказать о времени, проведенном в ЦСКА?
— Здесь прошли, пожалуй, одни из лучших лет в моей футбольной карьере. Сравнить их можно, пожалуй, с первыми тремя сезонами в “Локо”. Это время, которое я вспоминаю с удовольствием.
— И все-таки, где было лучше: в “Локомотиве” или в ЦСКА?
— Не могу разделять эти два этапа своей футбольной жизни. И там, и там было и хорошее, и плохое, но хорошего, пожалуй, намного больше. В “Локомотиве” я состоялся как футболист, начал привлекаться в сборную, а в составе ЦСКА стал чемпионом России.
— С какими чувствами вспоминаете игры за сборную России?
— Мой дебют в сборной должен был состояться раньше, чем в итоге получилось. Как мне потом уже рассказывали, Борис Петрович Игнатьев хотел меня поставить на игру с итальянцами в Неаполе. Это был 1997 год, мы тогда стыковые матчи играли за право участвовать в чемпионате мира-98. Но в итоге я в обеих встречах с Италией так и остался в запасе.
— А какой был самый памятный матч за сборную?
— Да много чего вспомнить можно. Это и матч с Ирландией, и поездку на ЧМ-2002, пусть мы и выступили там неудачно. Само участие в таком событии дорогого стоит. Но наиболее мне памятен матч за молодежную сборную. Шел тогда 1997 год. У нас была очень хорошая команда. Играли мы с Болгарией в гостях, нас устраивала только победа, чтобы выйти в финал молодежного чемпионата Европы.
Что интересно, матч состоялся 10 сентября, а 4-го у меня родилась дочь, 9-го же был мой день рождения. После первого тайма мы проигрывали 0:1, а в начале второго я, капитан молодежки, не забиваю пенальти. Что только не пронеслось в тот момент у меня в голове! Но, слава Богу, через некоторое время я забил с игры, а минут за пять до конца Леха Бахарев принес нам победу. Эту игру я вспоминаю до сих пор. Приятные были мгновения!
— Андрей, как вы относитесь к тому, что некоторые футболисты отказываются играть за сборную?
— Я считаю, каждый человек вправе принимать любое решение. Играть за сборную или не играть — это его право. Причины ведь тоже разные могут быть. Я всегда рад приглашению в сборную России, знаю наизусть гимн и всегда его пою, когда он звучит, даже если это происходит не на футболе. Это непередаваемые ощущения!
— Что вы можете сказать о Валерии Газзаеве? Правда ли, что он “великий и ужасный”?
— О нем я могу сказать так: это тренер, который никогда не отступит от намеченной цели. Если он выбирает определенную тактику, определенный путь, то не отступит от этого ни на йоту. Я считаю Валерия Георгиевича одним из лучших российских специалистов. Ну а если команда проигрывает или испытывает определенные неудачи, то, наверное, любой тренер будет ужасным.
— Вам довелось потрудиться со многими ведущими отечественными специалистами тренерского цеха. С кем работалось наиболее интересно и комфортно? Доводилось ли ощущать на себе чей-то гнет или попадать в опалу?
— Пожалуй, нет. Были чисто рабочие моменты. Когда переходил из “Локомотива” в ЦСКА, то при Павле Федоровиче Садырине, царство ему небесное, тренировки и игры проходили спокойно, без излишних криков и эмоций. Когда же узнал, что в ЦСКА приходит Газзаев, про которого был немало наслышан, то сразу вспомнил Семина. Ну вот, подумал, только от одного ушел, а тут опять такой же будет! (улыбается).
— Семина и Газзаева можно както сравнить?
— Оба очень эмоциональные. Они ведь еще с тех пор неплохо знакомы, когда сами играли. Выделять кого-либо из них я бы не хотел. И тот, и другой очень много для меня сделали, они — настоящие профессионалы своего дела.
— Почему, на ваш взгляд, ни тому, ни другому не удалось реализовать свой потенциал в сборной?
— Тут много факторов. Давление болельщиков, прессы, руководства РФС, обусловленное желанием сразу получать положительные результаты. Немало и других обстоятельств, невезение в конце концов. Ныне старший тренер сборной Александр Бородюк сказал как-то : “От великого до смешного — один шаг”. Сегодня ты выигрываешь, а завтра проиграл, и тебя уничтожают. Достаточно вспомнить, как сначала хвалили, а потом ругали Ярцева.
— Нужен ли нашей сборной тренер-иностранец?
— Ответ на этот вопрос сможет дать только время. Поживем — увидим.
— Нужно ли в нашем чемпионате ужесточать лимит на легионеров?
— Да, нужно. Не более пятерых иностранцев на поле одновременно было бы оптимально.
— Андрей, почему вам пришлось покинуть ЦСКА и перейти в “Кубань”, команду явно ниже уровнем?
— Это никак не было связано с моей игрой. В ЦСКА тогда пришел Артур Жорже. Всю предсезонку при нем я проводил в основном составе, играя практически во всех контрольных встречах по 90 минут. А накануне сезона, и, в частности, перед матчем за Суперкубок, без объяснения причин Жорже дал понять, что не видит меня в «основе». Было это накануне чемпионата Европы, куда я очень хотел попасть как игрок сборной России. Посоветовавшись с Георгием Александровичем Ярцевым, в ту пору главным тренером сборной, я решил перейти в команду, где получу возможность постоянно играть, а не сидеть на лавке. Это, кстати, было главным условием Ярцева по отношению к кандидатам в национальную команду. Переход в “Кубань” состоялся очень быстро, меня заявили буквально в последний заявочный день. Плюс был затронут и финансовый момент. В Краснодаре предложили лучшие условия.
— Получилось так, что вы, образно выражаясь, ухватили “горящую путевку”?
— (Сердито). Получилось так, как получилось! Это был самый печальный этап моей карьеры, и я, в принципе не хочу об этом больше разговаривать.
— А были ли у вас когда-либо варианты поиграть за границей?
— Да, были. Но я их, к сожалению, не использовал. В 1996 году мы приехали с “Локомотивом” на сбор в Германию. Играли товарищеский матч с “Карлсруэ”, в составе которого тогда выступал Кирьяков, а тренером был Шефер. Они в то время были на ходу в своем чемпионате. Мне сказали, что на игре соберутся все руководители немецкого клуба и будут смотреть конкретно меня. Мы же в тот момент только вышли из отпуска и были не в очень хорошей форме. Проиграли им 0:3, и два гола нам забили после моих ошибок. В общем, решили немцы от меня отказаться.
Был еще потом вариант с “Бенфикой”, после того, как я им гол забил в Кубке УЕФА. Тоже просматривали меня, приезжали в Москву даже, но в итоге не срослось что-то.
— Жалеете о том, что не удалось поиграть за рубежом?
— Да нет, не жалею. Это уже все в прошлом, чего вспоминать-то… Хотя поиграть в иностранном клубе, конечно, хотелось.
— Есть ли в России команда, в которую вы ни за что бы не перешли?
— Пожалуй, нет.
— А как же тогда слова Дмитрия Галямина на его первой в роли главного тренера нижегородского “Спартака” послематчевой пресс-конференции о том, что вы не захотели начать этот сезон в “Анжи”, да еще на более выгодных условиях?
— Да, это правда. Не хотел бы вдаваться в подробности, но решение я принимал сам, никто меня не отговаривал. Тем более, что это был не единственный вариант.
— Как вы оказались в нижегородском “Спартаке”?
— Отыграв второй круг прошлого чемпионата в Самаре, я и этот сезон планировал начать в “Крыльях”. Гаджиев меня уверял, что все будет нормально и я ему нужен. Но по каким-то причинам контракт мне там так и не предложили.
— Но, насколько известно, накануне сезона у “Крылышек” были финансовые трудности.
— Вполне возможно. Но самое интересное, что о сумме контракта речь, можно сказать, вообще не шла. Я не выдвигал каких-то требований. Просто оказался ненужным руководству, в то время как тренер хотел меня видеть в команде. До конца заявочного периода оставалось мало времени, а вариантов было два: Махачкала и Нижний Новгород. Так я и оказался в “Спартаке”.

— Не пожалели о сделанном выборе? Что думаете о своей нынешней команде?
— Результаты у нас, конечно, не те, какие хотелось бы показывать. Мы находимся явно не на своем месте. По имеющемуся потенциалу “Спартак” заслуживает более высоких позиций. Поверьте, в команде нет равнодушных людей, все переживают и стараются, отдают все силы ради достижения результата. К сожалению, у нас пока не все получается. В том, что сейчас находимся в такой ситуации, виноваты только мы сами.
— Надолго ли у вас контракт с нижегородским “Спартаком”?
— Контракт рассчитан на год, но по условиям соглашения я в любой момент могу его расторгнуть. При поступлении мне предложений в период дозаявок я имею право уйти по собственному желанию.
— Помилуйте, Андрей! Вас так любят болельщики! После каждого домашнего матча желающих сфотографироваться с вами или взять автограф собирается не один десяток!
— Это, конечно, приятно. Но на этом вся “любовь” к команде и заканчивается.
О негативном сказать хотелось бы. Мне не нравится, как в Нижнем Новгороде болеют за “Спартак”. Да, команда не показывает высоких результатов. Да, давно не может выиграть. Но это ни в коем случае не говорит о том, что мы сюда приехали, чтобы валять дурака! Поймите одно: клуб пережил переезд из другого города, команду в ее нынешнем виде собрали за считанные дни до чемпионата! Дайте нам время! Придут и сыгранность, и результат!
— Обидные и нелициприятные выкрики с трибун во время игры слышно?
— Еще как слышно! Но тех, кто это кричит, даже язык не поворачивается болельщиками назвать. Это дебилы какие-то, которые на стадион побухать и поорать приходят. Наверное, это наш российский менталитет такой. Вот в Англии, например, команда проигрывает, безнадежно вылетает из премьер-лиги, а все равно полный стадион собирается, и болеют люди искренне, по-настоящему. Но нашему зрителю до них еще ой как далеко!
— До Нижнего Новгорода приходилось сталкиваться с подобным?
— Пожалуй, нет. Нигде ранее я такого отношения не встречал. Вызывают недоумение и непонимание пустые трибуны и непонятные требования сменить клубу название. Да какая разница-то! “Спартак” это будет или “Локомотив”! Или ФК “Нижний Новгород”. Вы лучше вообще Перваку спасибо скажите, что он вам команду первой лиги привез! А его еще за это и оскорбляют с трибун! Да какое право имеют эти псевдофанаты, не добившиеся в жизни и тысячной доли того, что делает для футбола Юрий Михайлович, оскорблять его?!
Мне вот, например, как бывшему игроку ЦСКА и “Локомотива”, тоже, может быть, не совсем приятно название “Спартак”. Друзья вон звонят и подкалывают: как, мол, играется с ромбиком на груди? Но я выхожу на поле и играю! И на тренировках “вкалываю”! Хотя, если честно, не очень-то и хочется играть для зрителей, которые могут обхамить футболиста или позвать его на трибуну криком “пойдем выпьем”. А сколько за один матч этих выкриков бывает! Причем кричащему плевать на то, как он глупо со стороны выглядит. Люди вовсе не поболеть приходят, а просто свои эмоции выплеснуть. Футбол тут, получается, совсем не при чем. Если хочется напиться и поорать, то стадион, где играет наша команда и куда приходят еще и дети, для этого не место! А вот истинным болельщикам, которых, я уверен, в Нижнем немало, и которые по-настоящему любят футбол и ценят труд футболиста, я хочу обратиться с просьбой набраться терпения. Все и сразу никогда не бывает.
— Андрей, вы эмоциональный человек?
— Да, очень эмоциональный. Но стараюсь себя сдерживать.
— Это вас когда-нибудь подводило, как, например, Радимова, который любит поговорить с судьями?
— Нет, не припомню что-то. На поле я, конечно, могу завестись, но, не выходя из определенных рамок. Стараюсь себя контролировать.
— А бывают ли моменты, когда уснуть долго не можете после матча? Долго обычно от эмоций отходите?
— Все зависит от конкретной игры, насколько насыщена она была событиями. И бессонница бывает, я же не железный, такой же человек, как и все.
— Ваше отношение к представителям прессы?
— Если человек выбрал профессию журналиста и профессионально занимается своим любимым делом, то это хорошо. Репортер вправе задавать любые, даже самые острые и неприятные вопросы. Однако отвечать на них или нет — тоже право любого человека. Не понимаю тех журналистов, которые пишут об игре, а сами на ней, судя по всему, и не присутствовали. Или в футболе не понимают ничего. Напишут порой такое, чего и в помине то не было! И это все касается центральной прессы.
— Доводилось ли читать о себе то, что вредило вашему имиджу?
— Да, такое бывало.
— Разобраться желание было?
— Желание было, но не стал этого делать. Это лишняя трата времени и нервов. Отец пытался как-то…
— Доводилось ли вам участвовать в каких-нибудь акциях?
— У меня одно время был долгосрочный контракт с фирмой “Найк”. В акциях этой фирмы участие принимал.
— А в нефутбольные тусовки приглашали? В кино или, может быть, в клипе сняться не предлагали?
— Нет, такого пока ни разу не было.
— Вы женатый человек? Расскажите о своей семье?
— Мою жену зовут Ольга, у нас две прекрасные дочери — Виктория (ей 9 лет) и трехгодовалая Валерия. Старшая дочь очень серьезно занимается теннисом и показывает неплохие результаты.
— Ей светит большое теннисное будущее?
— Я на это надеюсь.
— Семья с вами в Нижнем Новгороде?
— Нет, они в Москве. При первой же возможности я в свободное время сам езжу в столицу.
— Наш город уже успели посмотреть? Любимые места появились?
— Да, город поглядел, освоился немножечко, но любимых мест, наверное, нет.
— Вы суеверный человек?
— Скорее да, чем нет.
— Приметы какие-нибудь соблюдаете?
— Скажем так, придерживаюсь. Но, чтобы от игры к игре делать одно и то же, такого нет.
— А в Бога верите? В церковь часто ходите?
— В Бога верю. А вот в церковь хожу не так часто, как хотелось бы. На это влияет плотный график тренировок и игр. В Дивееве недавно вот побывал, окунулся в святой источник, как положено, три раза, поставил свечки, помолился.
— Чем предпочитаете заниматься в отпуске? Есть ли какие-нибудь традиционные места отдыха?
— Люблю Эмираты, Дубаи. Конечно, на недельку выезжаем куда-нибудь отдохнуть. Остальное же время стараюсь уделить семье и своему бизнесу.
— Футбол в отпуске смотрите, играете?
— И смотрю, и играю.
— У вас есть мечта в жизни?
— Если насчет семьи, то это касается моей старшей дочери. Хочу, чтобы она добилась в теннисе определенных высот. Хочется, чтобы в России было поменьше больных и бездомных детей, а в жизни поменьше грязи. В моих планах построить в Москве теннисный манеж и провести чемпионат столицы среди детских домов.
— Вы занимаетесь благотворительностью?
— Да, стараюсь помогать детским домам. Играя за “Локомотив” и “Крылья Советов”, я не раз организовывал для детей. Москвы и Самары посещение матчей своей команды. Также привозил их на базу клуба, где мы вместе играли в футбол.
— Кем видите себя по окончании футбольной карьеры? Тренером станете?
— Нет. Буду сидеть в своем офисе и руководить. У меня в Москве транспортная компания, которая занимается прокатом автомобилей.
— Вы можете назвать себя счастливым человеком?
— Да. У меня отличная семья, меня окружают прекрасные люди, и я занимаюсь любимым делом!

Беседовал Николай Панченко

Наше досье
Соломатин Андрей Юрьевич. Родился 9 сентября 1975 года. Защитник (полузащитник). Рост – 180 см, вес – 80 кг. Выступал за сборную России.
Сезон Команда Лига И Г
1992 «Торпедо-Д» (Москва) 2 8 —
1993 «Траско» (Москва) 2 16 1
1994 «Траско» (Москва) 3 31 7
1995 «Локомотив» (Москва) высшая 27 4
1996 «Локомотив» (Москва) высшая 29 2
1997 «Локомотив» (Москва) высшая 32 —
1998 «Локомотив» (Москва) высшая 23 —
1999 «Локомотив» (Москва) высшая 13 —
«Локомотив-2» (Москва) 2 3 —
2000 «Локомотив» (Москва) высшая 16 1
«Локомотив-2» (Москва) 2 1 —
2001 «Локомотив» (Москва) высшая 3 —
«Локомотив-Д» (Москва) дубли 1 —
ЦСКА (Москва) высшая 7 —
2002 ЦСКА (Москва) премьер-лига 26 3
2003 ЦСКА (Москва) премьер-лига 20 —
2004 «Кубань» (Краснодар) премьер-лига 8 —
«Кубань-Д» (Краснодар) дубли 1 —
2005 «Крылья Советов» (Самара) премьер-лига 9 —

Анкета для Андрея Соломатина

1.Любимое блюдо? — Любое блюдо из кухни моей жены.
2.Любимый напиток? — Пиво.
3.Любимая спортивная телепередача? — Любимых нет. Футбол смотреть люблю.
4.Любимая неспортивная телепередача? — “Комеди клаб”, КВН.
5.Любимый телекомментатор? — Нет таковых.
6.Любимый фильм? — По настроению могу посмотреть фильм любого жанра, кроме ужасов.
7.Любимый актер? — Брюс Уиллис.
8.Любимый стиль музыки? — Слушаю разную музыку по настроению.
9.Любимый цвет? — Как такового нет.
10.Любимое число? — Тоже нет.
11.Любимая мелодия мобильника? — Этим не увлекаюсь.
12.Хобби? — Большой теннис.