|
Юрий Калитвинцев: Я запретил
Борману брать в самолет Игоря Горелова
Юрий Калитвинцев – один из немногих российских футболистов,
которые решили принять украинское гражданство. Паспорт соседней страны
Юрию оформили во время его выступлений за киевское «Динамо». В сборной
Украины Калитвинцеву удалось стать своим человеком – уроженец Волгограда
отыграл за нее 22 матча, причем выходил на поле с капитанской повязкой.
Что же касается российского этапа игровой карьеры Юрия, то, пожалуй,
самыми яркими были его выступления за московское «Динамо» и
нижегородский «Локомотив». С воспоминаний о годах, проведенных за
«бело-голубых» и «красно-черных», мы и начали интервью с Калитвинцевым.
- Юрий, пролейте свет, почему сменили столицу на провинцию?
- В «Динамо» тогда пришел новый наставник – патриарх советского
тренерского корпуса Константин Бесков. В своей новой команде Константин
Иванович не видел целую группу людей, которых постепенно и отцеплял. Не
знаю, по каким причинам, но в этот черный список попал и я. Причем
Бескову пришлось со мной помучиться: я старался не обращать никакого
внимания на его непонятные придирки. Добросовестно выполнял все указания
тренера. Это Константина Ивановича еще больше бесило – зная мой
характер, он ожидал со стороны Калитвинцева взрыва.
- И когда же наступил критический момент?
- Перед игрой первого тура с московским «Торпедо». Мы, разминаясь,
разыгрывали квадрат. Вдруг Константин Иванович останавливает тренировку
и обиженным тоном обращается ко мне: «Калитвинцев, если ты не хочешь
тренироваться – не тренируйся, но не мешай это делать другим». Я в
полном недоумении спрашиваю, в чем дело, а тренер свои доводы
обосновывает такими смешными причинами, что я просто не выдерживаю.
Снимаю манишку, отдаю ее ребятам и ухожу.
- Николай Толстых, бывший на тот момент президентом «Динамо», не мог
урегулировать ситуацию?
- Он был за то, чтобы я остался в команде. Неоднократно говорил:
«Перетерпи немного, скоро все наладится». После моего ухода с тренировки
Толстых организовал нам с Бесковым встречу на базе. Но Константин
Иванович, видимо, насчет меня уже все решил. И в разговоре без
повышенных тонов добродушно выдал: «Юра, мы с тобой не сработаемся». Мне
оставалось лишь согласиться.
- Но о московском «Динамо» у вас, наверное, остались и хорошие
воспоминания?
- Без сомнений. Ведь до Бескова команду тренировал Валерий Газзаев. Мне,
например, запомнилось отношение Валерия Георгиевича к семьям игроков. В
то время, когда большинство клубов «мариновало» своих футболистов на
базах, Газзаев на следующий после удачных матчей день разрешал
подопечным приезжать на базу с семьями. Пока мы тренировались, жены с
детьми прогуливались неподалеку. А затем мы с семьями садились за стол.
На нем в расчете на четверых стояла бутылка вина. Мы сидели около часа и
общались. Это сближало.
Вообще, два года в Москве для меня прошли на одном дыхании. Все было на
солидном уровне: тренировочный процесс, демонстрируемая игра и результат
(динамовцы дважды подряд завоевали «бронзу» - авт.). Жаль, конечно, что
нам так и не удалось стать чемпионами России.
- Ваша фамилия фигурировала в списке кандидатов на поездку в США, но вы
не попали на чемпионат мира-1994. Почему?
- Зимой 1994 года мы должны были ехать в Америку на несколько
товарищеских матчей. Меня вызвали в расположение сборной, через два дня
команда должна была улетать за океан. И главный тренер Павел Садырин, и
его помощник Юрий Семин имели полное представление о моих возможностях
и, как сами мне говорили, рассчитывали на меня. Но буквально за сутки до
отлета ко мне подходит Юрий Павлович и сообщает, что я не лечу. Дескать,
какие-то проблемы с документами. Я лишь улыбнулся, прекрасно понимая,
что дело явно в чем-то другом.
Могу поделиться лишь исключительно своими субъективными мыслями на сей
счет. Во-первых, уже тогда шло разбирательство по знаменитому письму
игроков сборной – как мне говорили, у тренерского штаба были
обязательства перед теми футболистами, которые его не подписывали. А
во-вторых, опять постарался Константин Бесков. Он был одним из
инициаторов моей зимней «непоездки» в США. Бесков убеждал тренерский
штаб сборной не брать меня на товарищеские игры, аргументируя свою
позицию тем, что сам на меня очень рассчитывает, собирается строить игру
«Динамо» исключительно через Калитвинцева. Возможно, ему было бы тяжелее
убрать меня из своей команды, если бы я выступал за сборную России.
- Правда, что после «Динамо» вы могли оказаться в Израиле?
- Да, но уезжать на Землю обетованную нам с Женей Смертиным не очень-то
и хотелось. Нас пригласили в «Маккаби» из Римон-Лициона – команде
предстояло дебютировать в высшей лиге. За нее в то время уже играл
экс-армеец Олег Малюков. Мы прошли просмотр, понравились президенту
клуба. Он нас вызвал и спросил, сколько хотим получать. А мы,
договорившись с Женей, озвучили нереальную для Израиля в те годы сумму:
по 150 тысяч долларов подъемных и зарплату по 10 тысяч в месяц.
Президент даже побледнел…
- В итоге вы со Смертиным оказались в нижегородском «Локомотиве»…
- Там у нас многое получалось. Был полный контакт с президентом и
главным тренером Валерием Овчинниковым. Футболистам «Локо» платили очень
высокую по тем временам зарплату, но с инфраструктурой у
«железнодорожников» откровенно не сложилось. Когда меня приглашали в
команду, узнал, что у «Локомотива» есть две тренировочные базы. Еще
удивился: вот молодцы, в этом плане даже московские клубы обскакали. Но
когда увидел вторую, резервную базу, обомлел: ею оказался сарай в лесу
без удобств. Хорошо хоть обед туда привозили. А вот завтрак нам
приходилось готовить самим – варили яйца, сосиски…
А знаете, какое в Нижнем было поле?! Такого я больше за всю свою игровую
карьеру нигде не встречал. Как-то не выдержал и сказал главному тренеру,
что поляну не мешало бы привести в порядок. Он на меня недоуменно
посмотрел и иронично спросил: «И как мы, по-твоему, на нормальном газоне
будем обыгрывать московский «Спартак»?»
- Ругательства от Овчинникова часто доводилось слышать?
- О, в этом компоненте ему не было равных. Крыл матом всех ребят. Но
как-то беззлобно, по-отечески. Помню, к нам на базу заехали жены. А
Борман начал проводить собрание со своими характерными вставочками. Один
из ребят ему намекнул: «Не надо грубостей, женщины за стеной все
слышат». Это Овчинникова еще больше разозлило: выдал такую тираду, что у
нас у всех уши завяли.
- Закончились выступления за «Локомотив» для вас печально…
- Да, матч во Владикавказе превратился в самую настоящую рубку. Во
втором тайме на поле начался беспредел. Минут за двадцать до конца игры
я вбрасывал аут, затем мне вернули мяч, и защитник «Алании» Игорь
Горелов изо всех сил врезал мне по берцовой кости. Он сам, кстати, из
Нижнего Новгорода. После матча попросился у Овчинникова к нам в самолет
– собирался проведать дома родных. Борман ко мне подошел и спросил:
«Берем его?» Я сказал, дескать, смотрите сами, но, на мой взгляд, это
будет уже перебор. Так мы Горелова и не взяли. А я весь перелет корчился
от боли. А вскоре отправился лечиться в Москву.
- Когда вы восстанавливались после той страшной травмы, на вас и вышло
руководство киевского «Динамо»?
- Да, только я поначалу предложение Григория Суркиса всерьез не
воспринял, тем более что Валентин Козьмич Иванов настойчиво звал меня в
«Торпедо». До травмы меня также приглашали в ЦСКА и столичный
«Локомотив», но после перелома представители этих клубов что-то
замолчали… А киевлян и автозаводцев травма не смущала. Украинцы
сработали оперативнее: Григорий Михайлович пригласил меня с супругой в
Киев. Просто посмотреть достопримечательности города, развеяться. Там-то
я и подписал контракт с «Динамо». А когда позвонил Валентину Иванову и
сообщил об этом, он только недовольно хмыкнул: «Там же Чернобыль! Да и
уровень чемпионата не ахти. Но раз уж решил – поезжай. Только помни:
двери «Торпедо» для тебя, пока я работаю, всегда открыты».
Валерий Овчинников, когда узнал, тоже удивился: «Все оттуда, а ты –
туда».
- Выступление за киевское «Динамо» стало для вас звездным часом. Какое
самое яркое воспоминание об этом этапе карьеры?
- Мне даже трудно выделить какой-то один эпизод. Все пролетело, как
мгновение. Благодаря квалификации Валерия Лобановского в Киеве была
создана команда-звезда. Мы вошли в квартет лучших клубов Старого Света.
Причем вполне могли в полуфинале пройти «Баварию». Жаль, что тогда не
сложилось.
- Юрий, а почему вы из киевского «Динамо» ушли в турецкий «Трабзонспор»?
Неужели не было других вариантов?
- Варианты как раз были. Звали в Англию: в «Ливерпуль» и «Ньюкасл».
Сначала в «Блэкберн», а позже и в бременский «Вердер» приглашал Отто
Реххагель. И мне, зная человеческие качества и жизненные взгляды Короля
Отто, хотелось поработать под его руководством. Но на тот момент я был
нужен «Динамо». А когда киевляне решились на оформление моего трансфера
в зарубежный клуб, на горизонте возник «Трабзонспор». И я согласился на
переезд в Турцию.
- «Трабзонспор» тогда переживал нелегкие времена?
- Скажу без излишней дипломатии: там был настоящий бардак. Какие-то
проблемы с президентом клуба, задержка зарплаты, неубедительная игра и,
как следствие, слабенький результат. Партнеры по команде мирились с
четырехмесячной задержкой зарплаты, а я не стал. Отыграл полсезона,
подал в суд и судился.
- Неудача в Турции повлияла на ваше решение в 32 года закончить
выступления в большом футболе?
- Да. Хотя я еще вернулся на Украину и поиграл за киевский ЦСКА: меня об
этом попросил президент армейского клуба. Думаю, зря туда отправился:
после уровня киевского «Динамо» тяжело было привыкнуть к отсутствию
горячей воды на базе и прочим мелким неурядицам. Отмечу, что в прежний
клуб меня пытался вернуть Валерий Лобановский. Предлагал еще раз сыграть
в Лиге чемпионов. Но из-за моего судебного разбирательства с
«Трабзонспором» возникли сложности с трансфером и соответственно с
заявкой на сезон. В итоге с «Динамо» не срослось. А в ЦСКА я постепенно
перестал получать удовольствие от игры. Наверное, тогда мне стоило взять
паузу, немного отдохнуть и с новыми силами выходить на зеленый газон. Но
я решил повесить бутсы на гвоздь.
- По окончании карьеры игрока вы стали футбольным тренером…
- Да, ведь я с 19 лет конспектировал тренировки, работая под началом
целого ряда блестящих наставников. Вывел за полсезона «Закарпатье» из
Ужгорода в высшую лигу Украины. Жаль только, что в элитном дивизионе мы
не задержались. А потом тренировал юношескую сборную Украины 1986 года
рождения.
- Говорят, ваш сын тоже выбрал профессию отца?
- Это громко сказано, ведь Владику сейчас только 12 лет. Он левша,
занимается в школе киевского «Динамо», выступая на позиции левого
полузащитника. Пока у него все получается. А вот дочь, 17-летняя Настя,
поступила в университет на факультет психологии. Так что через пять лет
в команде, которую я буду тренировать, появится женщина-психолог.
Беседовал Максим Розенко («2Х45»)
Наше досье
Калитвинцев Юрий Николаевич.
Родился 5 мая 1968 года. Полузащитник. Мастер спорта. Рост – 181 см, вес
– 73 кг.
Выступал за клубы:
Сезон Команда Лига И Г
1985 «Ротор» (Волгоград) Первая СССР 6 -
1986 «Ротор» (Волгоград) Первая СССР 3 -
СКА (Ростов-на-Дону) Первая СССР 18 1
1987 СКА (Ростов-на-Дону) Первая СССР 37 5
1988 СКА (Ростов-на-Дону) Первая СССР 5 -
«Ротор» (Волгоград) Первая СССР 30 7
1989 «Ротор» (Волгоград) Высшая СССР 22 1
1990 «Ротор» (Волгоград) Высшая СССР 24 1
1991 «Ротор» (Волгоград) Первая СССР 37 18
1992 «Динамо» (Москва) Высшая России 22 5
1993 «Динамо» (Москва) Высшая России 26 3
«Динамо-Д» (Москва) Вторая России 2 2
1994 «Динамо-Д» (Москва) Третья России 2 1
«Локомотив» (Н.Новгород) Высшая России 18 8
1994/95 «Динамо» (Киев) высшая Украины … …
1995/96 «Динамо» (Киев) высшая Украины … …
1996/97 «Динамо» (Киев) высшая Украины … …
1997/98 «Динамо» (Киев) высшая Украины … …
1998/99 «Динамо» (Киев) высшая Украины … …
1998/99 «Трабзонспор» (Трабзон) высшая Турции 14 1
2000/01 ЦСКА (Киев) высшая Украины … …
Выступал в Кубке УЕФА за московское «Динамо» и в Лиге чемпионов за
киевское «Динамо». Был капитаном сборной Украины. Работал главным
тренером ФК «Закарпатье» (Ужгород) и юношеской сборной Украины.
Турнир памяти Никишина
3-5 февраля на нижегородском стадионе «Старт» прошел
традиционный турнир по хоккею с мячом среди юношей памяти заслуженного
тренера России Александра Павловича Никишина. Несмотря на 30-градусный
мороз, на льду было жарко, игры проходили в упорной борьбе. Победили,
как всегда, сильнейшие.
А устроить этот праздник русского хоккея помогли спортклубу
«Нижегородец» комитеты по физической культуре и спорту Нижегородской
области, Нижнего Новгорода, Московского района и частные предприниматели
Юрий Чепурнов, Андрей Грязнов, Александр Ягжов и Михаил Жижин.
Группа «А»
Итоговая таблица
1 2 3 4 В Н П М О
1. Нжегородец-93 (Н.Новгород) - 9:0 8:0 12:0 3 0 0 29-0 9
2. СКЦ «Сормово» (Н.Новгород) 0:9 - 2:1 0:0 1 1 1 2-10 4
3. Старт (Нерехта) 0:8 1:2 - 5:1 1 0 2 6-11 3
4. Надежда (Н.Новгород) 0:12 0:0 1:5 - 0 1 2 1-17 1
Группа «В»
Итоговая таблица
1 2 3 4 В Н П М О
1. Нижегородец-94 (Н.Новгород) - 2:1 5:0 3:0 3 0 0 10-1 9
2. Волна (Балахна) 1:2 - 3:1 0:0 1 1 1 4-3 4
3. Нижегородец-95 0:5 1:3 - 3:1 1 0 2 4-9 3
4. Родина (Киров) 0:3 0:0 1:3 - 0 1 2 1-6 1
Стыковые матчи
За 7 место: Родина – Надежда – 3:0.
За 5 место: Старт – Нижегородец-95 – 1:0.
За 3 место: Волна – СКЦ «Сормово» - 1:1, по пенальти – 3:2.
За 1 место: Нижегородец-93 – Нижегородец-94 – 2:1.
Лучшие игроки
Вратарь – Андрей ЗИМИН (СКЦ «Сормово»)
Защитник – Антон СМИРНОВ («Волна»)
Полузащитник – Андрей КЛИМКИН («Нижегородец-93»)
Нападающий – Дмитрий ВАНЮХОВ («Нижегородец-94»)
Бомбардир – Денис КОМКОВ («Нижегородец-93»)
Также памятные призы получили игроки с номером 5 (игровой номер
Александра Никишина) в каждой из команд-участниц.
Подготовил Григорий Гусев
|
